фото зетее телефон

2017-09-20 03:50




- Что читаешь? - "Евгения Онегина" - А как называется?


Не трудно сидеть на диете, трудно ничего не жрать






ХАЙКУШКИ Мимо дома матери моей жены я иду. Как сакура весной, цветут в моей душе шутки. Одну из них я сую в окно. Другая состоит из двух половинок. Икебана на столе. Прекрасный алый цветок. Господин Накадзима хочет со мной меняться. В принципе, я не против. Но мой такой большой на его такой маленький – Ни за что! Опа да опа... Зеленая ограда скрывает тайну. Девушки, что вы сделали со священником? Без одежды он бледный, как рисовый колобок... На острове Кюсю девушки, юноши и навоз. Брызги в стороны летят, вечер. Их любовь сильна. Она сильней гигиены. На горе стоит верблюд. Его четверо поймали и надругались. Плачь, верблюд, день сегодня не твой. Снизу, из долины Хироку, Поднимаются к тебе еще четверо. Не ходите, девушки, замуж За Иванаки Кудзио. У Иванаки Кудзио то, что нужно, Втрое больше, чем можно. Опа да опа... Срослись ветка сакуры и сидящая на ней птица. Я не верю своим глазам. Между ними должен быть промежуток! Шел я лесом, видел беса средь пальм. Варил он в котелке рыбу фугу. Глупый бес! Не на то повесил ты котелок. Твоя похлебка будет пахнуть паленой шерстью. Гейши в озере купались. Гейши толкались частями тела. Их счастье, что рядом нет Иванаки Кудзио. Вот уж кто толкнет так толкнет! С неба маленькая звезда упала. Много всего оторвала она в брюках. И прекрасно! Вопрос о войне за Курильские острова Не стоит. Вот кто-то спускается с горы Фудзи. Наверно, это тот, кто мне мил. На нем зеленое кимоно. На мне белое, И рукава завязаны сзади. Ой, мороз, мороз... Не морозь меня, я прошу. Лучше морозь коня. Дорога в Токио длинна и скучна, Пусть хоть что-нибудь звенит при езде... Расцветали сакура и груша. Поплыли туманы над горой Фудзи. Выходила на берег девушка без одежды. Заводила всех так, что бежали к ней толпами. Гоп-стоп... Мы те, кто подходит из-за угла. Гоп-стоп... Эта гейша взяла на себя слишком много. Сема-сан, пусть твой меч попробует ее тело. Осторожно! У нее искусственное сердце из стали. Не слышны в саду камней даже шорохи. Все здесь замерло до утра, кроме нас. Что ты, милая, смотришь искоса? Боишься, на спине будут вмятины от камней? Спрятались ромашки, поникли лютики. От горьких слов застыла вода в реке. Почему гейши любят только красивых? Почему остальные должны платить и платить? Маленькая ель родилась в лесу. В лесу и росла, укутанная снежком. Приехал самурай, рубит ее мечом Никак. Двое их в лесу тупых – он и меч. Мохнатый шмель на душистую ветку сакуры. Серая цапля на крышу дома в Киото. Самурайская дочь – на бюллетень. Не стоит находиться рядом, Когда отец тренируется с бамбуковой палкой. Я спросил у сакуры, Где та гейша, которая разбила мне сердце. Сакура не ответила. И это хорошо. В нашем роду и так полно психов, Которые говорят с деревьями и травой. От улыбки станет светлее всем. От улыбки в небе проснется радуга. Тот, кто весел, улыбается нам губами. Кто же сделал сеппуку – улыбается животом. Теплая валяная обувь, теплая валяная обувь... Неподшитая, старая... Приличная японская девушка не пойдет в такой на свидание. Как здорово, что я неприличная! И как здорово, что не девушка! Виновата ли я? Виновата ли я, что люблю сакэ? Виновата ли я, что мой голос дрожал, Когда дула я в трубку ему, Инспектору дорожной полиции? Неуклюжие пешеходы бегут по лужам. Вода рекой течет по асфальту. В префектуре Исемидзу дождь и полная тишина. Там не разрешают петь на улицах крокодилам. (с)Евгений Шестаков (


Друг из Австралии рассказал. Есть у них в Мельбурне "Институт Аборигенской Культуры". Папуасов изучают. Традиции, обычаи, уклад жизни. А папуасы живут типа как в резервациях. Сохраняют этот уклад. И вот один профессор из института поехал в экспедицию. Живет у аборигенов несколько месяцев, книгу пишет. Все путем. Но угораздило этого Миклуху-Маклая в жену вождя влюбиться. Да так, что решил ее с собой в Мельбурн забрать. И красотка вроде непрочь. Но профессор - человек порядочный. "Вождь, - думает, - со мной как с другом, а я его жену увожу. Нехорошо. Надо пойти и честно во всем признаться. Заодно и папуасскую процедуру развода изучу." Приходит он к вождю и лепит ему всю правду: мы с твоей женой друг без друга жить не можем, готов я заплатить любой выкуп и вообще поступить по законам вашего племени. "А, - говорит вождь, - это какая жена-то? Вот эта? Забирай, как другу отдаю. Сам знаешь, у меня жен еще десять штук, да и меняю я их часто. Выкупа никакого не надо. Но есть у нас в племени один обычай. Когда жену отдают, старый муж должен нового мужа побить. Так уж положено. Извини, мол, - традиция." - "Ладно, - отвечает героический профессор, - я ради своей любви готов на все. Бей." Ну и отвесил ему вождь физдюлей по полной программе. Шесть ребер сломал, почки отбил, и так далее. Короче, забирали профессора вертолетом и потом три месяца в госпитале отхаживали. А жену ему вождь так и не отдал. Это он ПОШУТИЛ ТАК. Вот и скажите мне после этого: кто из них папуас? И кто кого изучать должен?